Алексей Панкин, главный редактор журнала «Стратегии и практика издательского бизнеса. IFRA -ГИПП Magazine» о прессе, кризисе и о войне.
Если западные СМИ так долго вводили общественность в заблуждение в общем-то простом вопросе, то где гарантии, что вся остальная их информация является достоверной?
«Когда я понял, что мой персональный банкир в швейцарском банке, с которым я обсуждал свои планы вложения денег за рубежом, оперирует информацией, почерпнутой из Financial Times и Wall Street Journal, я сразу закрыл свой счет в этом банке. Это уберегло меня от серьезных неприятностей во время кризиса», – сказал мне несколько недель назад мой друг, житель Лондона. По делам он постоянно перемещается между Европой, Америкой и Азией, что позволяет ему составлять собственное представление о ситуации в странах, где он бывает регулярно.
В последние дни все больше уважаемых органов западной прессы – от ВВС в Британии до New York Times в Америке приходят к выводу, что первоначальная версия начала августовского российско-грузинского конфликта на Кавказе, господствовавшая в медиа на протяжении первых его недель, была ложной. Она заключалась в том, что «агрессивная авторитарная Россия развязала немотивированную агрессию против молодой грузинской демократии». 3 месяца спустя «выясняется», что именно Грузия первой нанесла удар по мирным жителям Цхинвала и по российским миротворцам, спровоцировав введение российских войск на свою территорию.
Наблюдая за разворачивающейся по этому поводу дискуссией, я часто вспоминаю приведенные выше слова своего английского друга. Действительно, если западные СМИ за очень небольшими исключениями так долго вводили общественность в заблуждение в общем-то простом вопросе: кто на кого напал? – то где гарантии, что вся остальная их информация является достоверной?
Сегодня в поисках причин разразившегося финансового кризиса, и особенно объяснений его неожиданности и для правительств и для простых людей, – специалисты все чаще говорят об эрозии в западных обществах того, что можно определить как механизм независимой экспертизы. Государственные службы в США и Великобритании, начиная со времен Клинтона и Блэра, становились все менее профессиональными и все более политизированными, что означает, что чиновники начинали вести себя так, как требует от них политическое руководство, а не служебный долг. Рейтинговые агентства составляли рейтинги таким образом, чтобы угождать банкам – источникам собственного дохода. Аудиторские фирмы выдавали такие отчеты, чтобы их и в следующий раз пригласили проводить аудиты в аудируемые компании. В результате все вовлеченные в эту круговую поруку игроки остаются без объективной информации, позволяющей принимать своевременные корректирующие решения.
Когда независимые СМИ начинают заниматься пропагандой, они перестают выполнять свой общественный долг.
Боюсь, что та же порча затронула и западные средства массовой информации. Когда независимые СМИ в демократических обществах, где в культ возведено понятие объективности информации, начинают по существу заниматься пропагандой одной единственной точки зрения, они перестают выполнять свой общественный долг «сторожевого пса». И ставки здесь оказываются очень высоки. Принятие прессой на веру более чем спорных, с точки зрения здравого смысла, утверждений администрации Буша-младшего о том, что Садам Хусейн создает или даже уже создал оружие массового поражения, стало одним из факторов втягивания США в катастрофическую для них же самих войну в Ираке.
Жертвой пропаганды позиции Саакашвили во время недавнего конфликта (фиаско американских медиа, сравнимого по масштабу с Ираком) стала не только общественность, но и политики. Тот же Барак Обама, явно под влиянием истерии в медиа, наговорил много грозных слов в отношении России, которые здесь с самого начала казались оскорбительными нелепостями.
Стоит ли удивляться тому сдержанному приему, который оказал ему Дмитрий Медведев в своем первом президентском послании. Действительно, можно ли доверять человеку, который доверяет собственной прессе?
