поиск

Итальянский журналист Марио Корти говорит по-русски без малейшего акцента. Русский он выучил еще несколько десятилетий назад, и все это время активно использует его в профессиональной деятельности.

Корти был директором Русской службы «Радио Свобода», на русском языке он пишет статьи и книги, готовит радиоциклы и телепередачи. Оставаясь итальянцем, он давно уже ощущает себя российским журналистом. Марио Корти ответил на вопросы, связанные с отличиями российских и итальянских СМИ в сфере свободы слова и цензуры, порассуждал о проблемах СМИ и журналистских жанрах.

Господин Корти, почему вы переехали в Петербург и чем занимаетесь в северной столице?

Я приехал по приглашению «Балтийской медиагруппы». Сегодня работаю консультантом газеты «Невское время», веду свои программы на телеканале «СТО ТВ» и на радио «Балтика». В моей радиопрограмме, которая называется «Случайный гость», принимают участие люди с улицы. Я сознательно не приглашаю туда известных персон, так как считаю, что они слишком предсказуемы. А случайные собеседники, которым я предлагаю поговорить на разные темы, на 80% оказываются интересными и интеллигентными людьми. 

Каким российским вы СМИ доверяете, каких журналистов уважаете?

Доверяю тем СМИ, в которых работал и с которыми сотрудничаю сейчас. Из журналистов уважаю Юлию Латынину, она очень образованна и безупречно комментирует. В последнее время стал с интересом относиться к Владимиру Соловьеву, хотя у меня есть некоторые предубеждения по поводу его манеры вмешиваться в суть беседы. Достоин уважения и мой коллега по каналу «СТО ТВ» Валерий Татаров. Я, правда, не сторонник работы на грани экстрима и провокаций, но понимаю, что это порой необходимо, чтобы программы получались интересными.

Чем итальянская журналистика отличается от российской?

Сразу оговорюсь, что к итальянской журналистике я имею весьма опосредованное отношение. В основном я работал и продолжаю работать в российских СМИ и потому считаю себя скорее российским журналистом. Итальянская журналистика (так же, как, впрочем, и российская) – это не единое целое. В Италии несколько школ журналистики, я, например, вырос на англо-американской, поэтому о ней и могу рассказать подробнее.

В англо-американской школе журналистики есть строгие правила. Одно из главных – четкое разделение комментария и факта. Так, репортеры или авторы журналистских расследований не имеют права комментировать информацию. Высказывать свое мнение могут только колумнисты или главные редакторы, причем последние делают это анонимно. В других журналистских школах, основанных на европейской модели, смешение фактов и мнений допустимо. Но опять же комментируют информацию далеко не все, а только самые образованные и опытные журналисты. Обычно это внештатные сотрудники изданий, которые выражают собственное, а не редакционное мнение.

Российская журналистка более публицистична, чем западная, здесь большинство журналистов пытаются быть комментаторами или даже писателями. Многие пытаются снабдить свои комментарии большим количеством специальных терминов, не знакомых широкой читательской аудитории. Я считаю это недопустимым.

Еще одно правило западной журналистики – новости не публикуют, если они не подтверждены хотя бы двумя источниками. Новости считают самым строгим жанром, составляющим основу журналистики. В России же нередко публикуют непроверенные сведения. Российские журналисты часто готовят новости таким образом, что самое главное может быть в середине или в конце текста, между тем как в Европе принято суть информации подавать в начале. Если не придерживаться этого правила, появившегося еще в те времена, когда новости передавали по телеграфу, есть риск потерять суть материала.

Вы говорите в основном о недостатках российских СМИ. А какие проблемы свойственны итальянской журналистике?

В Италии тоже проблем достаточно. В известном смысле ситуацию со СМИ в стране можно назвать плачевной. Дело в том, что главная журналистская организация Италии не принята в Международную ассоциацию журналистов. В итальянском законодательстве о СМИ есть существенное нарушение – чтобы стать профессиональным журналистом, необходимо сдать государственный экзамен (это пережиток фашистской идеологии). К экзамену допускают избранное количество журналистов, проработавших в издании не менее двух лет.

Так что профессиональных журналистов в Италии не так уж много, большинство считаются публицистами. И я в их числе. Еще один большой минус – в Италии всю прессу, даже частную, финансирует государство. Многие итальянцы возмущены тем, что газеты дорого стоят, размещают много рекламы и при этом получают еще субсидии из казны. К недостаткам я бы отнес и то, что в Италии практически не различают журналистов и пиарщиков, последние тоже входят в Союз журналистов.

Где больше свободы слова: в Италии или в России?

Западные издатели, в отличие от российских, не вмешиваются в редакционную политику. Европейские журналисты объединены в профсоюзы, которые защищают их права, в России с этим пока не очень. В западной журналистике считается неприличным хвалить власть, а вот критика всегда приветствуется, ей подвержены даже владельцы тех или иных СМИ. Так, два из трех телеканалов, которыми владеет Сильвио Берлускони, нещадно его ругают.

А вот российские СМИ запросто хвалят власть, регулярно публикуя официоз. Причем феномен заключается в том, что российские власти далеко не всегда этого требуют, журналисты нередко сами проявляют подобную инициативу – видимо, с целью угодить верхам. В связи с этим можно сказать, что в Италии и в Европе вообще свободы слова больше. Журналисты там отвечают только перед своими коллегами.

Есть ли в Италии контроль над СМИ? Если да, то в чем он проявляется?

Запреты в основном касаются нравственности. Например, на итальянском телевидении всегда было много эротики. Теперь эротические фильмы или программы показывают только после 12 ночи либо на платных каналах. Что касается политики, то я не знаю ни одного случая преследования журналистов, связанного, например, с разглашением государственных тайн.

Критика политических деятелей практикуется широко, но политики имеют право подать в суд. Кстати, они выигрывают иски к СМИ довольно часто. В Америке, например, совершенно иная ситуация: там известные персоны не имеют право подать на СМИ в суд, даже если оно опубликовало явную клевету. Публичный человек всегда должен быть готовым к критике – это предусмотрено еще со времен третьего президента США Джефферсона.

Какой жанр журналистики вы считаете самым интересным?

Прославиться можно в любом жанре. Например, известная итальянская журналистка Ориана Фаллачи, умершая в 2006 году от рака, писала замечательные интервью, которые публиковали в крупнейших мировых СМИ, в том числе в газете New York Times . Знаменитыми стали интервью Фаллачи с ведущими мировыми политиками (например, с бывшим госсекретарем США Генри Киссинджером), которых она буквально загоняла в тупик своими неудобными вопросами. Фаллачи видела свою миссию в том, чтобы бороться словом против всех проявлений насилия, произвола и тирании. В последнее время она, не стесняясь в выражениях, обрушивалась с критикой на исламистов. Из-за этого не все ее понимали, и отношение к ней даже в ее родной Италии было неоднозначным. Но лично я искренне горжусь своей соотечественницей.

Очень важным, но и чрезвычайно опасным жанром является, безусловно, журналистское расследование. Самый яркий пример такого расследования – серия статей об Уотергейте в газете Washington Post . Журналисты Боб Вудворд и Карл Бернстайн изобличили президента Никсона, и тому был выражен импичмент. Это образец удачного расследования, когда газетчики выполнили свою работу и прославились, но есть масса и других, более печальных историй, когда журналисты были уволены или уголовно наказаны за ошибки в расследованиях. За свободу слова приходится платить!

Гибель нескольких российских журналистов – это тоже расплата за свободу слова? И могут ли в Италии устранить неугодного журналиста?

Возможно, в какой-то степени это расплата за свободу слова. Повторюсь, журналистское расследование – жанр очень опасный. За него стоит браться только людям, обладающим гражданским мужеством и владеющим достоверной информацией. Что касается гибели журналистов в Италии, то это тоже возможно. Такие случаи имели место в нашей стране, но никогда в этом не было замешано правительство. Убийства журналистов совершали сицилийская мафия и «Красная бригада» – подпольная коммунистическая организация, действовавшая в Италии в 1970–80-х годах.

Какой образ России создают сегодня итальянские журналисты?

В России есть некая паранойя по поводу того, что Запад ее якобы не любит и постоянно критикует. Но если изучить общую картину публикаций и выступлений в западных СМИ, станет ясно: в 80% случаев журналисты нападают на Буша и только в 20 – на Путина. У наших стран есть взаимные стереотипы. Италия ассоциируется с мафией. А Россия – с новыми русскими, с нуворишами, которые имеют огромные деньги, но не владеют искусством их тратить.

Есть еще такой стереотип, который активно продвигают в самой России: якобы русский народ еще не созрел для демократии. Я считаю, что нельзя так относиться к своим согражданам. Простые русские люди в большинстве своем умнее нынешней элиты. Просто им не дают возможности раскрыть свой потенциал.

Информация:

Марио Корти (Mario Corti) – прозаик, переводчик, радиожурналист. Родился в 1945 году под Миланом, детство и отрочество провел в Аргентине. В 1961-63 годах учился в миланской консерватории. Работал на заводе в Германии, переводчиком на «Фиате» в Турине и в фирме «Пирелли» в Милане. В 1972-75 годах – переводчик в посольстве Италии в Москве. В середине 70-х – член редакционной коллегии журнала «Руссия Кристиана» в Милане. В 1975 году – один из основателей издательства La casa di Matriona, публикующего тексты по русской культуре и истории. В 1977 году – организатор Сахаровских слушаний в Риме. В конце 1970-х участвовал в организации выставок самиздатовских документов на Биеннале в Венеции, Турине, Вашингтоне и Риме. С 1979 года работал на «Радио Свобода»: сначала в Мюнхене, затем в Праге и в России.

Корти – аналитик, редактор и издатель еженедельника «Материалы Самиздата», составитель сборников о советском диссидентском движении. Его статьи и интервью на правозащитные темы публиковались в европейских и американских изданиях. Автор радиопередач на исторические, историко-музыкальные и общекультурные темы. Среди них: радиоциклы «Неаполь в Петербурге», «Моцарт и Сальери», «Казанова – европейская судьба». В России печатался в «Известиях», «Литературной газете», «Независимой газете», журналах «Знание – сила», «Персона», «Футбольная правда» и других. В 2002 году вышла его книга «Дрейф», в 2005 году – «Сальери и Моцарт».