Вот-вот в интернете появится миллионный домен (адрес сайта) с буквами .RU. Динамика роста удивительная.

Эксперты предрекают: к концу 2008 года таких доменов будет 2 млн, а к осени 2009-го – 3. Конечно, эти цифры пока существенно уступают германскому домену .DE (более 11 млн) или британскому .UK (более 6 млн), но, похоже, уже ничто не помешает нам вскоре занять восьмое место в мире по данному показателю. Страна становится все более интернет-активной.

Преувеличивать значение интернета в жизни россиян не стоит. Почти три четверти наших соотечественников не имеют к нему доступа, а около 8,5 млн человек вообще не знают, что это такое. Однако «взрыв» приобщения к интернету значительной части (если не большинства) богатеющего российского общества должен «прогреметь» в течение ближайших двух-трех лет. (За последние два года количество россиян, имеющих дома компьютер, возросло с 14 до 25%.)

Безусловно, у России всегда свой путь: она и не Европа, и не Азия, она, как уверены многие, вообще «третий Рим» и все такое прочее. Но налицо предопределенность, которой не избежать. Согласно недавнему исследованию, проведенному по заказу IBM, 60% американцев и британцев заявили, что проводят в интернете от одного до четырех часов в день – то есть их почти столько же, сколько тех, кто смотрит в этих количествах телевизор. А согласно исследованию Nielsen/NetRatings, 47% пользователей подключаются к интернету для добычи информации – будь то новости или просто «развлекалка». Отсылка электронной почты, шопинг отступили на второй план.

В какой степени нынешние интернет-ресурсы могут быть первичными источниками значимой информации? Пока в малой. Около 80% новостей, появляющихся в интернете, проистекают из традиционных СМИ, и кажется, что такие гиганты, как Google или Yahoo!, не особо заинтересованы в развитии серьезной журналистики: проще обобщать то, что уже написано, создавая такие сервисы, как Google News.

«Разного рода «Гуглы» – это Кастеры современного мира. А мы – индейцы сиу, – заявил в мае глава Time Warner Inc. Ричард Парсонс, имея в виду американского генерала периода Гражданской войны Джорджа Кастера, войско которого было разбито индейцами упомянутого племени. – Если они пойдут на войну, то проиграют ее».

Эта уверенность, впрочем, выглядит не вполне обоснованной. Индейцы племени сиу завершили свои битвы, как известно, в резервациях. В январе старейшая газета мира – шведская Post-och Inrikes Tidningar, основанная в 1645 году, – прекратила свое бытие в печатном виде и отныне существует только в электронном.

А в самой популярной газете Чили – Las Ultimas Noticias – уже не первый год действует система, при которой все клики на сайте этого издания, их количество и распределение по статьям становятся известны сотрудникам. В зависимости от посещаемости того или иного кусочка сайта редакция решает, о чем писать или не писать.

Но главное – растущее число блогеров, частных лиц, ведущих дневники в интернете. Сейчас их в мире более 70 млн, через год, по прогнозам, станет вдвое больше. Хотя в ряде стран темпы роста численности этих хроникеров падают, в России – настоящий бум. Эти люди не прощают профессиональным журналистам вранья, дотошно отслеживают все события, которые считают важными, и все чаще первыми оглашают их приближение, наступление или последствия.

Одна из важных причин активизации блогеров – утвердившееся в традиционной журналистике доминирование «фактоидов». (Термин заимствован у выдающегося писателя-фантаста Рея Брэдбери, грустно констатировавшего недавно: «Телевидение сообщает нам даты жизни Наполеона, но не сообщает, кем он был»). А людям хочется фактов и их осмысления.

Спору нет, влияние блогеров в США и России несопоставимо. В начале августа и Хиллари Клинтон, и Барак Обама, и все остальные претенденты на пост президента США от Демократической партии устремились в Чикаго на конференцию, организованную левыми блогерами, выступающими против войны в Ираке, – потому что поддержка этих людей или отсутствие оной могут реально изменить судьбу того или иного претендента (в прошлом году на аналогичную конференцию заехал лишь один демократ). А у нас самым известным блогером на днях стал мятежный олигарх Борис Березовский, открывший смешную летопись на сайте «Украинской правды».

Но тенденцию не перечеркнуть. Обратите внимание, кто оказывался в центре событий российской внутриполитической жизни последних месяцев: блогер из Перми Дмитрий Ширинкин, показательно обвиняемый в заведомо ложном сообщении о теракте, блогер Александр Лебедев, банкир и депутат, причинивший «тяжелые нравственные страдания» члену фракции «Единой России» Владимиру Мединскому, блогер из Сыктывкара Савва Терентьев, неуважительно отозвавшийся о местной милиции и сразу же вызвавший интерес у прокуратуры. Зюгановы и Каспаровы на фоне этих блогеров меркли.

Можно ли приравнивать блогеров к журналистам? Видимо, нет. По крайней мере пока. Поток никем не редактируемой отсебятины, зачастую от анонимов, не дает никакой гарантии, что вы приобщитесь к правде, узнаете нечто новое и значимое. В отличие от традиционных СМИ блогеры не несут ответственности за свои слова. Но само их появление и растущая роль в информационном море – следствие предвзятости, если не сказать – ангажированности большинства старых медиа. А наличие среди миллионов любителей порассуждать «о том о сем» в режиме on-line тысяч профессионалов своего дела нередко позволяет ловить в замутненной воде золотых рыбок.

Многие в интернет-мире с интересом наблюдают за развитием канадского проекта NowPublic – компании, намеренной сделать из зарегистрированных посетителей своего сайта (более 120 тысяч человек примерно в 140 странах) самых настоящих репортеров. Один из учредителей NowPublic Лен Броди отмечает, что его «корреспонденты» опередили агентство Associated Press с фотографиями циклона, промчавшегося в июне по Оману, передавали новости изнутри лондонского аэропорта Хитроу, когда в 2006 г. тот был закрыт из-за террористической угрозы, и т.д. «Такие структуры, как наша, – самоуверенно заявил он в интервью французскому агентству France Press, – будут первыми сообщать новости, а аналитическое сопровождение этих новостей придется на AFP и другие организации».

Невольно задумываешься над тем, что число русскоязычных писателей «Живого Журнала» превысило миллион, и они могут, если захотят, представлять внушительную силу. Когда на русскоязычном сайте Би-би-си появилась публикация о злоупотреблении русскими алкоголем с «серьезным вопросом» к читателям, как часто они пьют одеколон, антифриз и прочую гадость, в течение пары часов 25 тысяч блогеров ЖЖ признались в любви к химическим жидкостям, содержащим спирт, издевательски превратив надменное «исследование» британской корпорации в пустышку. Но они же могут становиться и жертвами нападения, как, скажем, в июне этого года, когда ненавидящие лимоновцев хакеры на какое-то время заблокировали работу находящихся в Калифорнии серверов, а позже пытались парализовать всю площадку для политических дискуссий Ru.Politics.

Изберет ли Россия южнокорейский путь, где в конце июля вступил в силу закон, требующий от блогеров и вообще участников online-форумов сообщать соответствующим сайтам свои паспортные данные? Надеюсь, нет. Корейцы пошли на этот шаг из-за того, что некоторые тамошние знаменитости, не выдержав злобной критики сетевых анонимов, покончили жизнь самоубийством. Наши звезды обладают, на мой взгляд, куда более крепкими нервами, а вот опасность подавления «глотков свободы слова» велика.

Но при любом сценарии развития событий очевидно: новости все чаще и все большее число россиян будут искать в интернете.